Почему молитва на старославянском - Florischi.ru
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (пока оценок нет)
Загрузка...

Почему молитва на старославянском

Можно ли читать молитвы на русском языке?

Скажите, пожалуйста, можно ли читать молитвы на русском языке, или всё-таки надо читать на старославянском? Если нельзя на русском, то почему? Библия ведь переведена на русский язык, и мы ее читаем по-русски.

Вы ставите очень серьезный вопрос, ответ на который не так прост, как может показаться на первый взгляд. Для человека, глубоко укорененного в православной традиции, представляется немыслимым, как можно обращаться к Богу на современном русском языке. А для человека, только приходящего к вере, церковнославянский язык непривычен и малопонятен. В храме тексты священного Писания читаются на церковнославянском, а в литературе, в проповедях, в письмах и ответах современникам мы чаще всего используем текст синодального перевода Библии на русский язык. Но мы пользуемся им только для того, чтобы яснее донести мысль до современного человека, хотя и этот перевод довольно архаичен. Попутно замечу, что сейчас ведется работа по изданию старообрядческого перевода на русский язык святого Евангелия.

Надо сказать, что церковнославянский перевод Библии и богослужебных текстов — точнее и ближе к оригиналу, чем синодальный перевод. Специалисты в области языкознания говорят о сложности толкования молитвенных формул и невозможности точно передать богослужебную семантику инструментами современного языка.

Замечательная статья о нашем богослужебном языке напечатана в предисловии к «Молитвеннику», изданному старообрядческой митрополией Русской Православной старообрядческой Церкви (М., 1988 и др. С. 8-9). Там кратко, но по существу раскрывается значение церковнославянского языка и причины, по которым Церковь не может перейти на современный русский язык. Здесь я только процитирую один абзац.

Многовековой молитвенный опыт Русской Церкви показывает, что церковнославянский язык подходит как нельзя лучше для молитвенного общения с Богом. Ведь беседа с Богом — это не беседа с человеком. Поэтому язык молитвы должен отличаться от языка обычной речи. Церковнославянский язык придает молитвам и славословиям возвышенный стиль, отвлекая душу от суетных земных забот и печалей. В этом отношении язык нашего богослужения является неисчерпаемым сокровищем.

Начните молиться по молитвеннику, и Вы увидите, как органично изливаются слова молитвы из сердца.

Богослужебный и современный русский язык близкородственны. Поэтому я бы советовал вам сделать усилие над собой и постараться освоить церковнославянский. Можно порекомендовать следующий учебник: Плетнёва А.А., Кравецкий А.Г. Церковнославянский язык: Учеб. изд. – 5-е изд., стереотипное. – М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2013 – 272 c. Также необходимо пользоваться словарем, хотя не так много церковных слов требует перевода. Далее, читая священное Писание, обязательно обращайтесь к святоотеческим толкованиям. Сравнивайте церковнославянский и синодальный переводы. Это позволит вам понять, что перевод отнюдь не дает полного уяснения смысла. Ведь и апостолам Господь «отверз ум к уразумению Писаний» (Лк. 24:45). Очевидно, что такая работа требует определенных усилий и времени, но она щедро вознаграждается. Вы будете глубже понимать Библию и богослужение. «Ибо Я милости хочу, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжений», — говорит Господь (6:6).

Могу вам привести пример. В понедельник Святого Духа в храме читаются следующие слова апостола Павла: «…искупу­ю­ще врéмя» (Еф. 5:16). А в синодальном переводе в том же месте читаем: «… дорожа временем». Согласитесь, что это наставление по-церковнославянски звучит намного глубже и сильнее? И вот его толкование.

«Спросила амма Феодора у архиепископа Феофила: какое значение имеет изречение Апостола: «Искупующе время»? Он отвечал: «Это значит, что вся земная жизнь наша подобна производству торговли. Например: когда настанет время, в которое посыплются на тебя поношения, — ты искупи это время смиренномудрием и приобрети для себя пользу (прибыль). Таким образом, все противное и неприязненное нам может обратиться, если захотим, в пользу нам» (Алфавитный Патерик).

Также порекомендую вам ознакомиться с переводами псалмов, сделанными выдающимся русским ученым-филологом, академиком Сергеем Сергеевичем Аверинцевым (1937-2004). См., например: Избранные псалмы / Перевод и комментарии С.С. Аверинцева. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2005. – 176 с. Эти переводы замечательны тем, что они позволяют донести до современного человека смысл псалмов, во-первых, русским языком (в котором исключены современные слова, варваризмы и заимствования), а во-вторых, таким русским языком, который передает еще и образность оригинала, позволяет прочувствовать строй псалмической речи.

В заключение надо сказать несколько слов о современном русском языке. Это словосочетание часто употребляется для обозначения расхожего языка, исключающего все, что звучит «архаично». «Употребление такого языка», — пишет С.С. Аверинцев, — «создает иллюзию, будто среда, в которой происходит действие, — современность. … Бог приходит к верующему в реальность сегодняшнего дня; но боюсь, что Он не придет в изоляционистское идеологическое пространство, не желающее знать ничего, кроме себя» (указ. соч. С. 148 и 150).

О разделе

Вопрос священнику — раздел сайта «Русская вера», который пользуется особенной популярностью. Мы получаем новые вопросы православному батюшке практически каждый день и особенно много их поступает от начинающих христиан, которые только слышали о старообрядчестве, а познакомиться с ним ближе не имели возможности.

Мы знаем как это бывает сложно, — переступить порог храма и задать свой вопрос священнику вживую. И конечно, личная беседа и живое слово утешения никогда не заменят электронной переписки. Тем не менее, нам нужен духовный совет.

Мы верим, что все старания наших пастырей будут не напрасны даже в том случае, если хотя бы один из спросивших получит некую духовную пользу!

Почему непонятны православные молитвы

«Вот читал утренние молитвы, сначала читал на этом непонятном языке и не понимал никакого смысла, но читал. Но уже на второе прочтение захотелось понять, что там пишут. Я уже давно думал о том, что это важно настраиваться с утра на день, и как это сделать лучше кроме молитвы. Но это должна быть осознаваемая молитва. Ты в ней должен пройти от связи с бесконечным до текущего дня. Грубо говоря, связать все цели, мечты, жизнь, смерть, и наполнить себя что ли благоговением на день. Пока на текущий момент я нашел на русском толкование этих молитв, и стал читать именно на русском. Совсем другое понимание и другой интерес. Зачем мне мирскому (?) человеку читать молитву на этом церковнославянском? Иисус же по-простому доносил идеи до людей. А тут какая-то непонятность. Читаешь по-русски и понимаешь, что именно ты говоришь. К кому обращаешься и чего просишь-то!»

Это муж во время моего отъезда решил духовно подрасти и делится своими первыми впечатлениями о церковнославянском языке (далее – ЦСЯ). Все откладывала пост про это, но вот появился повод. Так уж получилось, что историю нынешнего языка богослужения я отлично знала, когда богослужение мне было совершенно неинтересно, – на своем гуманитарном факультете. Этот пост посвящен удивительному парадоксу православия: пока православные молитвы переводятся на все языки мира, чтобы донести до людей невиданную мощь православной веры, в храмах России богослужение идет на нерусском языке. Более того – даже на языке из другой языковой группы, то есть гораздо более далеком от нас, чем, например, украинский или белорусский.

ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ – ЭТО «ПРАВИЛЬНЫЙ ИЗНАЧАЛЬНЫЙ» РУССКИЙ?

Некоторые верующие наивно полагают, что ЦСЯ – это «чистый, исконный, правильный русский». На самом деле это не русский и никогда им не был. Когда-то чуть больше 1000 лет появилась необходимость перевести богослужебные книги с греческого языка на язык, более доступный для понимания населению Руси. Для этого были приглашены небезызвестные Кирилл и Мефодий, которые изобрели кириллицу, и с ее помощью перевели богослужебные тексты. на какой язык? А вот это интересно. На некий искусственный язык, который был основан вовсе не на древнерусском, а на болгаро-македонском (!) диалекте, который был роднее и ближе самим переводчиками. Сейчас он известен как «старославянский». Ныне в восточной подгруппе южнославянской группы языков остались болгарский, македонский и как раз старославянский. А где же русский? – спросите вы. А он вообще даже в другой группе славянских языков – в восточнославянской. Надо заметить, что старославянский никогда не был ничьим живым разговорным языком, это был чисто книжный язык. В течение следующих пары веков под влиянием живых славянских языков он несколько исказился, но с тех пор особо не менялся. В этом виде он известен под именем «церковнославянский». Приставка «церковно-» как раз подчеркивает тот факт, что нигде, кроме как в церкви, он никогда не использовался.

Вопрос – почему бы было не перевести на кучу реальных живых языков Руси? А потому, что переводческие возможности того времени были, ммм. несколько ограничены. Ни тебе словарей, ни кучи образованных переводчиков, ни гугл.переводчика, ни книгопечатания. Поэтому ЦСЯ стал вполне приемлемой мерой для того, чтобы сделать текст усредненно-понятным всему населению Киевской Руси. А потом, по мере развития этих самых живых языков, он становился все менее и менее понятным. Особенно русским, учитывая, что древнерусский, от которого произошел русский, вообще был из другой языковой группой – с грамматикой и фонетикой, весьма далекими от болгаро-македонских. То есть современный нам язык православного богослужения не только имеет мало общего с современным русским, но даже от древнерусского он очень далек. С тех пор православное богослужение и молитвы переводились на кучу языков, но почему-то именно в РУССКОЙ Православной Церкви богослужение ведется до сих на нерусском языке, молитвословы пишутся на нерусском языке – традиция! А призывы говорить и молиться по-русски в Русской Православной Церкви считаются модернизмом и нарушением традиции. Особенно меня в этой ситуации умиляют некоторые «русские православные патриоты», на страницах своих изданий буквально скандирующие «Долой русский язык!» о_О Эти люди явно очень любят русскую культуру, но мало что в ней понимают – что и приводит к таким забавным парадоксам. Для них, похоже, главное, чтобы потрадиционнее. Да и в конце концов, в школе православные патриоты, как и все граждане РФ, изучали великий и могучий русский язык и знать не знают о каких-то там южноболгарских диалектах. А узнай они правду – что будет?

Для меня совершенно непонятно, зачем так упорно дискриминировать «русский народ, носитель православия»? Иллюзии на тему, что ЦСЯ – это некий «поэтический стиль» русского, легко развеет любой филолог. Да и что поэтичного во всех этих «бых»? Развеет филолог и миф на тему того, что под давлением богослужения современный русский язык облагородится и приблизится к ЦСЯ, а русские массово начнут на нем говорить в повседневной жизни, как якобы когда-то, когда деревья были выше, а нравственность в народе прочнее. ЦСЯ – это «усредненный язык», чисто утилитарный ход, чтобы смысл Библии донести до максимального количества людей, говорящих на разных славянских диалектах 1000 лет назад. Это разновидность «пиджинов» – смешанных языков общения для народов, не имеющих общего языка. Короче, язык из серии «Шпрехать на дойче» или «фейсом об тейбл». Для меня отказ говорить по-русски в церкви и молиться по-русски дома – это не просто дискриминация русских, но и неуважение к русской культуре и языку. В конце концов, с каких это пор русский язык недостаточно велик и могуч? Неужели он менее велик и могуч, чем македоно-болгарский диалект тысячелетней давности, или любой из мировых языков, или даже любой из языков малых российских народностей, на которых сейчас ведется православное богослужение?

Читайте также:  Молитва для хозяйства при сглазе

ПЕРЕХОД НА СОВРЕМЕННЫЙ РУССКИЙ ИСКАЗИТ СМЫСЛ?

ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ – ЭТО ОСОБО СВЯЩЕННЫЙ ЯЗЫК?

Приходилось мне слышать и про особую «божественность» ЦСЯ. Но вообще-то в церковнославянском никакой такой сакральности нет, Библия изначально была написана на древнееврейском, потом переведена на греческий, потом – на ЦСЯ. Перевод на русский будет просто очередным этапом этой длинной эволюции. На статус «божьего языка» может претендовать разве что иврит. Вот цитата из социальной концепции РПЦ: «Народ израильский говорил на одном языке, бывшем не только языком повседневности, но и языком молитвы. Более того, древнееврейский был языком Откровения, ибо на нем говорил с народом израильским Сам Бог». То есть Бог не стал говорить с евреями на каком-то непонятном им особом языке. Церковнославянский же явно не является языком Откровения, и языком повседневности тоже никогда не был. Но даже если бы он был особо «священным», в социальной концепции Русской Православной Церкви написано: «Евангелие Христово проповедуется не на священном языке, доступном одному народу, но на всех языках (Деян. 2. 3-11)» – так почему же не НА РУССКОМ? ЦЕРКОВНОСЛАВЯНСКИЙ ПОНЯТЕН?

Некоторые утверждают, что ЦСЯ как-то «интуитивно почти» понятен. По-мне, так это уж очень большое «почти». Например, в молитве перед вкушением пищи: «Господи, исполняеши всякое животное благоволение» – место, способное ввести в ступор без словаря. Где-то я встречала «налоги бесов», от которых просят спасти Богородицу. Так и представляю, как Богородица делает налоговые вычеты. В каноне Иисусу Христу есть место, где «праведницы возрадуются, а грешники восплачутся». А праведники что, не возрадуются? – может спросить себя недоуменный русский читатель. Он вообще-то не обязан знать, что это просто множественное число, а не женская форма. Грамматика – вообще отдельная тема. Непроизносимые формы перфектных времен, путаница с ударениями и падежными окончаниями (типа «Царю» – не дательный, а звательный падеж, о котором негуманитарий русский и слыхом не слыхивал). Перечислять эти штуки можно бесконечно, тысячи их. В смысле имя им – легион. Но. мыши плакали, кололись, но продолжали вкушать кактус.

КАЖДЫЙ ВЕРУЮЩИЙ ДОЛЖЕН ИЗУЧАТЬ ЦСЯ?

Еще один прекрасный аргумент – мол, да, ЦСЯ непонятен, но каждый верующий должен продираться через церковнославянский и изучать его, чтобы познать Слово Божье – хочешь жить, умей вертеться. Но это подход всяких мистиков и эзотериков! Христианская благая весть превращается в какое-то эзотерическое знание (буквальный перевод «скрытое»), которое специально затемнено и загадочно, доступно только избранным, непонятно простому человеку. Это в корне противоречит посылу «идите и научите все народы», убивает смысл «дара языков» и проч. Причем такой подход применяется только и исключительно к русским – православные японцы или православные англичане, в отличие от православных русских, отлично понимают молитвы и богослужения, переведенные на их современные языки.

Знание ЦСЯ возвышает? Возможно. Но не более, чем знание стихов Пушкина наизусть или любое другое специальное знание, связанное с культурой. Хорошо, конечно, знать грамматику старославянского, но вот только с христианством и Евангелием ничего общего это не имеет. Нет никаких оснований возводить знание ЦСЯ в ранг христианской добродетели. Кому нравятся все эти «аще» и «иже» – пусть поступает на филфак и наслаждается. В братских языках можно вообще найти много поэзии и пищи для размышлений. Но зачем заставлять изучать все это обычного человека, который должен продираться к благой вести через эти «иже»? ЦСЯ – это язык, который непонятен – и не должен быть понятен – не-филологу, даже если он христианин. Христианин должен понимать текст Евангелия и молитв, а не ломать голову над всеми этими «быхами», отвлекаясь от духовного смысла молитвы. Благая весть для русских обтянута всеми этими «бывльшами», как колючей проволокой. Допускаю, что это может нравиться только тем верующим, кто хочет оградить Бога как свою территорию, недоступную профанам (как фарисеи ограждали Библию от язычников). Но это в корне противоречит евангельской идее нести благую весть всем – и желательно так, чтобы эти «все» поняли.

ГЛАВНОЕ – БЛАГОЗВУЧИЕ?

Я НЕ ПОНИМАЮ – ЗАТО БОГ И БЕСЫ ПОЙМУТ?

ПОЧЕМУ «ТРАДИЦИЯ» МЕШАЕТ ЦЕРКВИ НЕСТИ СЛОВО БОЖИЕ

По-моему, Русская Православная Церковь сейчас в прекрасной ситуации: ей вообще не нужно изобретать никаких миссионерских изысков. Достаточно для начала сделать язык, понятный русским, языком богослужения и молитвы. Разве задача Церкви – хранить культурную традицию? Если не ошибаюсь, основная задача Церкви – это все еще проповедь слова Божьего. Если бы традицию хранили 1000 лет назад, так даже на ЦСЯ никогда бы и не перевели – было бы у нас богослужение на греческом. Но нет – придумали более-менее понятный населению ЦСЯ. Так почему сейчас богослужение можно перевести на корякский, но нельзя – на русский?

Еще из социальной концепции: «Культурные отличия отдельных народов находят свое выражение в литургическом и ином церковном творчестве, в особенностях христианского жизнеустроения. Все это создает национальную христианскую культуру». Но ведь именно ЦСЯ мешает сейчас формированию русской христианской культуры, ведь язык – одна из основ культуры. ЦСЯ изолирует молитву от культуры: ее сложнее интегрировать в поэзию, сложнее красиво цитировать в прозе, произносить в кино без оттенка «православной экзотики».

Вот опять же, муж пишет: «Молитва должна отражать настраивание на день, я бы дополнял её своими блоками в будущем. А как её дополнять если она на церковнославянском?» Застывшая форма ЦСЯ загоняет идеи и образы молитвы в какое-то ритуальное гетто, мешая им стать частью мыслей и разговоров людей в обычной жизни. Христианство само по себе – совершенно непривычное для современного человека, парадоксальное учение. Некоторые вещи по-русски не всегда объяснишь. Зачем же дополнительно ставить человеку, пытающемуся понять Божье слово, палки в колеса? Что же мешает раз и навсегда разрешить эту проблему, утвердить соборно один разрешенный перевод и благословить всех желающих служить по-русски? Тогда ЦСЯ естественным образом останется в количествах, которых он заслуживает как культурная традиция, – в некоторых храмах, где филологи, а также любители благозвучия, экзотики и традиции смогут с ним познакомиться.

Почему же Церковь держится за ЦСЯ мертвой хваткой? Возможно, это какой-то «комплекс восстановления» после советской власти. Но тогда этот комплекс закрывает возможности для развития. Ведь восстанавливать что-то в формате столетней давности – это добровольно отбрасывать себя на эти 100 лет. ЦСЯ – это не евангельский принцип, не догма, не церковный канон, это просто временный инструмент, который был более-менее пригоден несколько сотен лет назад, но совершенно непригоден для этой цели сейчас. По мне, читать и слушать молитвы на церковнославянском – это все равно, что вдыхать живой воздух Божьего Слова через противогаз.

Почему в русской церкви молятся на церковнославянском языке?

Нет ничего проще, чем открыть любую богослужебную книгу русской православной церкви и увидеть, и даже попытаться прочесть написанное. Для человека незнакомого с церковнославянским языком, непривычные, но все же во многом узнаваемые буквы, складываются в слова, смысл которых, в общем-то, можно предположить или по контексту понять. Вот, к примеру, две молитвы. Первая – общеизвестная, вторая – нет.

Однако для специалистов церковнославянский язык далеко не такое уж однозначное понятие. Насколько я могу судить, язык в том виде, что пришел к нам в богослужебных книгах 19 века окончательно оформился веку к 18 и на протяжении своей истории постоянно подвергался различного рода изменениям и правкам. При этом в своей основе церковнославянская письменность всегда имела один и тот же язык, начало которому еще в середине IX века положили просветители славян – братья миссионеры Кирилл и Мефодий.

Церковнославянский язык, а вернее древняя славянская письменность была создана ради христианской проповеди, ради того, чтобы дать возможность славянским народам познакомиться с Благой Вестью — Евангелием, с вероучительными текстами и полноценно участвовать в богослужении. Я думаю, что ради богослужения в первую очередь. Дело в том, что византийское богослужение к тому времени было уже достаточно развито и сложно, оно стало венцом византийской культуры, без которого православие перестало бы быть самим собой.

Ко времени крещения Руси (988 год) византийское богослужение достигло своего расцвета. Начав с первохристианской простоты отношений и форм, за тысячелетие оно превратилось в сложную систему суточного, недельного и годичного (с учетом лунного и солнечного календарей) богослужебных кругов, наполненных разнообразными церемониалами и молитвами как древними библейскими, так и сложившимися уже в Византии. Богослужебные тексты представляют нам множество стилей и жанров, они выверены и отточены веками, и все это ради одного — явить евангельское откровение, приобщить людей к Богу, дать христианам само богообщение. Порой несколько строк в поэтической форме очень просто и доходчиво являют глубокие богословские истины. Византийское богослужение было и остается своего рода школой как богословской, этической, так и эстетической.

И в тоже время византийское богослужение — это микрокосм, в котором отражено целое тысячелетие. Для других народов, в том числе и для славян, это целый самодостаточный мир, где, как в капле воды, отражена вся византийская культура с ее иерархией ценностей, с ее пониманием мироздания, империи и императора, с ее пониманием внутрицерковных и государственных отношений, с ее эстетикой и этикой, церемониалами, поэзией, музыкой, живописью и зодчеством. Приобщиться к византийскому богослужению очень не просто, это значит проникнуться наполняющим его мировоззрением, понять его внутреннюю логику, прочувствовать, ощутить его всеми своими чувствами (вплоть до аромата ладана), жить им изо дня в день. И, несомненно, ключ к этому миру — язык, те слова, что произносят молящиеся и священники. Именно поэтому, даже не ради Священного Писания, — это относительно небольшой объем текстов, — а ради именно богослужения понадобилась не просто письменность, а письменность способная отразить, явить Византию, письменность как бы скалькированная с греческого богослужебного языка.

Читайте также:  Молитва за упокой души самоубиенных

Отсюда и особенности славянской письменной речи, которая формировалась, прежде всего, для внутрицерковного использования. Древняя славянская письменность сразу несла образцы великой культуры и не могла без адаптации отражать бытовую, деловую, обыденную сторону жизни. Именно славянский язык с маху принес на Русь Евангелие, богослужение, тексты талантливейших византийских писателей и этим как бы задал очень высокую планку для христианского, да и вообще литературного творчества, до которой сама Византия возрастала тысячелетия. И все же, со временем на Руси сформировался и «светский» стиль славянской письменности, а впоследствии и особый «светский» язык, и это сыграло свою важную роль.

Какие основные вехи развития языка?

Кирилл и Мефодий в середине IX века создают для восточных славян (вероятно болгар) своеобразную азбуку и на ее основе письменный книжный литературный язык, на который и переводят с начала некоторые богослужебные книги и книги Нового Завета. Трудами Мефодия и его учеников, а впоследствии трудами переводчиков письменность распространяется по славянскому миру.

В XI веке православие пришло на Русь, даровав ей не только христианскую веру, но и письменную культуру. Наши предки отнюдь не механически, но очень творчески и всерьез восприняли этот дар. За первое столетие наряду с переводами появляются и известные всем самобытные авторские произведения. Это «Слово о законе и благодати», «Житие Феодосия Печерского», «Сказание о Борисе и Глебе», «Повесть временных лет», «Поуче́ние Влади́мира Монома́ха» и другие. Русская литература не только развила жанры, пришедшие вместе с христианской литературой, но и родила свои.

Татаро-монгольское иго изолировало Русь на долгое время, за которое письменная речь обрела своеобразный оттенок и отошла от некоей общей нормы. Но уже после освобождения Руси в XIV-XV веках древнерусская письменность обогатилась влиянием болгарской и сербской культур, переживавших в те времена расцвет. Это и было первое серьезное изменение языка.

В 16 веке церковнославянский язык подвергся серьезному реформированию: унификации и исправлениям. Поводов было два — накопившиеся в книгах разночтения по отношению к греческим оригиналам и книгопечатание.

Понятно, что в переписываемые от руки книги писцы постоянно вносили ошибки и искажения. Особенно болезненно это сказывалось на богослужебных книгах, далеко отводя их от образцов. Для тех лет наиболее известна переводческая и литературная деятельность ученого монаха Максима, названного Греком, который прибыл в Москву по приказанию великого князя Василия III с целью исправления и сверки переводов богослужебных книг с оригиналами.

К середине XVI века на Руси появляется книгопечатание. Первый книгопечатник Иван Федоров и его сподвижники проделали огромную работу не только по изданию первых книг, но и по унификации, упрощению и чистке письменного языка. Многие непонятные уже в те времена слова (непереведенные, русифицированные греческие понятия, так и не прижившиеся в русской речи) были заменены на более подходящие.

Насколько я понимаю, именно в печатном виде во второй половине XVI века выходят первые серьезные труды по основам славянской грамматики. Правда, выходят больше по политическим мотивам и за пределами Руси в западных славянских областях. Впоследствии, конечно, такие издания появляются и в Москве. Язык наконец-то становится доступным для массового изучения и трансляции, он становится более единообразным, укрепляется его целостность.

При известном Патриархе Никоне в XVII веке проходила очередная, но гораздо более масштабная и революционная, чем прежде, реформа богослужения, направленная опять же на все большее соответствие с греческими оригиналами. Это, естественно, не смогло не сказаться на языке. Вообще в той или иной форме церковнославянский язык правился вплоть до XX века. Правки эти не были столь серьезны, как прежде, но все же важно понимать, что созданный когда-то просветителями славян язык перевода греческих церковных текстов не стал чем-то раз и навсегда данным. Он вплелся в ткань жизни, во многом влияя на русскую культуру, но в то же время он и менялся под воздействием той же культуры.

О русском языке

В параллель с церковным и литературным языком с самых первых времен формировался особый язык для деловой, торговой, юридической и иной письменности, отличавшийся не только наличием простонародных слов, но и стилистикой и даже орфографией. За пять, шесть веков это уже были два разных языка. Петр Первый решил серьезно подойти к этой проблеме и ввел для «светской» письменности новую азбуку, стилистически напоминавшую европейские образцы, и новую грамматику. При этом в светскую речь стали обильно вливаться слова, пришедшие из европейских стран, тем самым только увеличивая разрыв с церковно-славянским языком.

Таким образом, в эпоху Петра Первого церковно-славянский язык стал окончательно только церковным. С тех пор область его применения только уменьшается. Если до петровских времен вся церковная письменность была на славянском языке, — а это и богослужебные тексты, и Библия, и Святоотеческие тексты, и Жития святых, и Законодательство, и даже поучения для чтения в храме, — то уже в XIX веке, вопреки недовольству многих, стали появляться переводы Святоотеческих текстов и Житий святых на русский язык, был издан даже полный перевод Библии. К нашему времени церковнославянский язык остался только в богослужебных книгах (включая молитвословы для мирян), да и то многие из них издаются в современной литерации.

Непереведенными также остались книги церковного законодательства, но это, скорее, обусловлено их областью применения «для внутреннего пользования» и тем, что сейчас Русская Церковь живет во многом по своему уставу и ряду принятых в последние годы документов, которые так или иначе отражают древние каноны и правила. В любом случае специалистам перевод не требуется, неспециалистам такие тексты неинтересны.

Что мешает перевести богослужебные тексты?

Честно говоря, я вижу только один серьезный аргумент против перевода. Выше говорилось, что богослужение Византии — это целый самодостаточный мир, отражающий не только христианство с вестью о Христе, не только заповеди Божии, но и византийскую культуру. Я осмелюсь утверждать, что современному человеку, тем более человеку, выросшему в СССР или в постсоветской России, очень трудно воспринять, пережить, впитать средневековое, в чем-то архаичное мировоззрение с его особенным отношением к человеку, к мирозданию, к государству, к властям, к церковно-иерархичному устройству. Нельзя без внимания оставить простой факт несоответствия культур и менталитетов древности, и сегодняшнего дня. Что говорить о глубоком понимании, если даже такое ключевое для первых христиан понятие как «Господь» ныне является не более чем приставкой, ничего не значащей. А ведь в мировоззрении средневекового византийского человека «Господь» означало не что иное, как «господин» — тот, кто мной владеет. Назвать Христа «Господом» было ничем иным, как исповеданием веры, готовностью отдать Ему свою жизнь, умереть за Него. Этому трудно научиться в наши дни, когда многие поколения в принципе не знают и не понимают, что такое «господство».

Уже было сказано, что славянский язык создавался и впоследствии правился и шлифовался так, чтобы наиболее точно передать церковные тексты и, прежде всего, богослужение. Современный русский язык, в свою очередь, во многом сформировался в советскую богоборческую эпоху. Несмотря на великое прошлое, сегодняшняя речь подчинена естественно научному мировоззрению и производственно-практическим нуждам, она все более мельчает из-за телевидения и Интернета. В массовой секулярной (безрелигиозной) культуре уже почти неразличима философия, да и вообще гуманитарность. Все это, конечно же, делает русский язык не способным соперничать с церковнославянским в области переводов.

Другие аргументы мне трудно признать весомыми. Даже мысль о том, что церковнославянский язык – это наша традиция и некоторая основа нашей культуры мне представляется слабой. Чтобы понять почему, я процитирую разговор, состоявшийся между известной православной журналисткой Ольгой Гумановой и гречанкой филологом.

— В России во всех православных церквях богослужение совершается на древнегреческом языке?

— Нет, на церковнославянском.

— Это мертвый язык? На нем не говорят сейчас?

— Нет, не говорят, он используется только для богослужения.

— А почему тогда у вас не переведут службу на современный русский язык? Ведь церковнославянский — это все равно уже не подлинник. На него богослужение тоже когда-то перевели. Подлинник ведь древнегреческий.

— Ну, такова церковная традиция. Многим людям церковнославянский язык дорог, они будут против, если богослужение переведут на современный.

— Если им нравится традиция, пусть молятся на древнегреческом. Ведь это же подлинник. А язык не подлинный и не современный, зачем нужен?

Как же быть с переводом?

С одной стороны, мне понятно, что указанная трудность перевода фактически непреодолима, никакие школы и учебники делу не помогут. Но, с другой стороны, я не могу согласиться с теми, кто категорически против перевода богослужения на современный русский язык, поскольку подавляющее большинство православных христиан России не знают и никогда не смогут изучить на должном уровне церковнославянский. Этот язык с каждым годом будет все более отдаляться от простого народа.

Церковная история нам говорит, что развитие, в некотором роде популяризацию получают все сферы церковной жизни и музыка, и живопись, и архитектура, и учительные тексты. Да, есть древние Святоотеческие тексты, есть древние напевы, есть иконы, но есть и современные церковные писатели, мыслящие в системе современного мировоззрения, есть и церковная музыка, написанная в XIX и XX веке, есть и живопись в храмах, есть и храмы в институтах, есть и новое церковное законодательство. Все это не противоречит старому, не отменяет традицию, но развивает, дополняет ее, само становится частью истории и традиции.

Читайте также:  Молитва от боли пальца

В соответствии с мыслью филолога гречанки, может быть сколько угодно переводов с оригинального текста. О качестве их можно говорить, но единичен и уникален только первообраз. Конечно, трудно себе представить более удачный перевод, чем тот, что сделан на специально изобретенный язык. Современный перевод будет серьезно уступать древнему по всем параметрам. Но, и это очень важно, если уж выбирать из двух непонятных богослужений, — а через несколько десятилетий славянское будет еще более непонятно, — то, безусловно, следует избрать греческий оригинал. Тут и рассуждать нечего.

Как бы там ни было, переводы православного богослужения на русский язык уже появляются. О качестве можно спорить, но они обладают главным и неоспоримым достоинством — они понятны людям. Желающие христиане могут молиться с уверенностью, что понимают слова молитвы, что говорят Богу именно то, что говорят, а не то о чем догадываются.

Очень важно понимать, что наличие перевода богослужебных книг на русский язык никак и никого не обязывает молиться только по-русски. Прежде чем перевод будет признан как равнозначный со славянским и возможный для повсеместного применения, он должен пройти испытание на практике, доказать свою жизнеспособность и пользу для христианских общин. И если все это будет, если в результате правок и изменений, получившиеся русские богослужебные тексты будут одобрены священноначалием, то все равно окончательное решение о языке молитвы будет принимать община.

Славянские молитвы

Славянские молитвы сравнимы с сильным оберегом. Они могут помочь в самых различных начинаниях и делах. Примечательно, что в древние времена в молитвенных обращениях люди обращались к своим древним божествам. После прихода христианства смысл текстов славянских молитв не изменился, но в молитвенных обращениях верующие славяне стали обращаться к Богу Отцу, Иисусу Христу, Пресвятой Богородице и другим Святым.

Чтобы славянские молитвы были действенными, их следует читать в позитивном настрое, при этом в душе не должно присутствовать никакого зла.

Основные заповеди древних славян, при чтении молитв, следующие:

  • Свято чтить – это значить признавать силу светлых сторон жизни.
  • Почитать – в переводе со старославянского «ЧИ» – это энергия жизни, а слово «тать» обозначает «присваивать». Общая трактовка – получать светлую силу от Богов, и наполнять ее собственную душу.
  • Славить – в молитвах Боги прославляются, но их сила не привлекается с целью решения своих собственных проблем.
  • Жить по совести – «СО» в старославянскомязыке означало совместную благую Весть. Это означало, что не следует другому того, что не желаешь себе.
  • Жить в ладу с окружающей природой – это позволяло обрести жизненную гармонию в соответствии с природными вибрациями.

В древние времена славяне молились на капищах. Этот древнеязыческий храм, который всегда располагался за оборудованным алтарем, используемым для установки различных священных предметов. В этих местах не только возносились молитвы Богам, но и проводились обряды жрецами.

Сегодня импровизированное «капище» можно обустроить в собственной квартире на отдельном столике. Для этого нужно выбрать место для алтаря и разместить на нем изображения божества. Лучше всего вырезать его из дерева собственными руками. Это позволит наполнить идола своей энергией.

При оборудовании места для вознесения славянских молитв следует выполнить следующие требования:

  • Созданное божество следует поставить на лоскут новой ткани, а рядом с ним положить небольшой природный камень.
  • Предусмотреть место для установки свечи и благовоний.
  • Поставить ритуальное блюдо и чашку.

Если вы проживаете в частном доме, то возносить славянские молитвы рекомендуется на природе. К примеру, для этого можно подойти к дереву. Также для моления древнеславянским богам рекомендуется выехать за город. В этом случае лучшим местом считается родник.

Славянские молитвы на церковнославянском языке

Славянские молитвы принято читать на старославянском языке. Но для современных людей понять их смысл в этом случае бывает очень сложно. Поэтому допускается произносить молитвенные тексты в переводе на русский язык.

Более важными являются основные правила, которые необходимо соблюдать при чтении славянских молитв:

  • Тексты древних обращений к славянским богам произносятся шепотом, но очень четко.
  • Молиться можно только если вы здоровы, и находитесь в хорошем расположении духа, в противном случае молитвы не будут услышаны.
  • В душе должна присутствовать вера, что славянские молитвы эффективны и способствуют гармонизации жизни.

Читать утренние молитвы

Самой известной утренней молитвой древних славян считается обращение в Даждьбогу.

Звучит она на современном русском языке следующим образом:

Такая молитва должна читаться в момент восхода солнца, при этом нужно обязательно смотреть на восток.

Также славяне часто читали утреннее славление.

Его текст звучит так:

Текст вечерних молитв

В перечне славянских молитв имеется и специальная молитва, которую рекомендуется читать в вечерний час.

Также часто перед сном читались молитвы за свой род. Такое славление может звучать так:

Древние славянские молитвы богам

Когда говорят о древних славянских молитвах славян, то подразумевают традиционные обрядовые слова, которые славяне использовали для общения с Высшими силами. Слово «молитва» не присутствовало в старославянской лексике. Это связано с тем, что славяне славили своих Богов и. в отличие от христиан,никогда не просили у них чего-либо. Именно поэтому обращения к Богу у славян имело название «славление».

Славления или обращения к Высшим Силам всегда были обязательным атрибутом всех больших обрядовых праздников. Кроме того каждый день древние славяне читали утренние и вечерние славления, такие молитвенные обращения возносились перед трапезой, перед путешествием и перед началом любого дела. Но при этом следует понимать, что древние славянские молитвы не являлись каноном, обращаться к Богу не считалось обязательным мероприятием, делать это нужно было только тогда, когда возникало желание. К примеру, если человек хотел вознести хваление Богу за удачный день, то он это делал. Очень часто возносились славления Перуну за победу над врагами.

Древние славянские молитвы очень разнообразны. Важно выбирать молитвенное обращение правильно. Слова должны произноситься очень искренне и при этом совершенно не обязательно следовать имеющимся текстам. Допускается заменять по-своему как отдельные слова, так и отдельные фразы. Важно, чтобы молитва исходила из глубины души.

Такого понятия, как «главная древнеславянская молитва» не существует. Моления древнего народа отличаются индивидуальностью. Для того чтобы понять, как читались древнеславянские молитвы, нужно познакомиться с фольклором и этнографией славян.

Видео: молитва старого монаха Юлия Славянская

Молитвы на церковнославянском языке

Чтение молитвы на том языке, на каком она читалась многие столетия подряд, возвращают христианина к истокам истинной Веры. Для того, чтобы читать утренние и вечерние молитвы на церковнославянском нужна особая сосредоточенность и вдумчивость. Ежедневно просматривая тексты старинных молитв, начинаешь понимать все богатство и мудрость родного языка.

Особенности молитвенного правила

Христианин, начинающий читать молитвы, не сразу сможет войти в молитвенный ритм. Чтобы читать молитвы на церковнославянском, необходим навык и понимание текста. В этом может помочь духовник. Но без искренней заинтересованности самого молящегося, без его горячей веры сложно достичь душевной благодати от молитвы. Чтобы душа не выпала из православной жизни, чтобы греховные мысли не беспокоили человека сразу после пробуждения и перед его отходом ко сну, нужно не забывать о молитвенном ритуале.

Вдумчиво и неторопливо читая молитвы на старославянском языке, мы приобщаемся не только к образу Творца, но и постигаем родную культуру и историю.

Молитвослов на старославянском языке

Православные монахи знают большинство молитв наизусть, миряне вынуждены обращаться к помощи Молитвослова. Постоянное соблюдение утреннего и вечернего молитвенного правила помогает запомнить молитвы, укрепляет душевную твердость и веру. Молитвы на церковнославянском языке обладают особенной силой звучания, они глубоко проникают в душу верующего, оставляя неизгладимый след в сердце.

Тексты молитв на церковнославянском языке

Во и́мя Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха. Ами́нь.

Молитва мытаря

Бо́же, ми́лостив бу́ди мне гре́шному. (Поклон)

Молитва предначинательная

Го́споди Иису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, молитв ра́ди Пречи́стыя Твоея́ Ма́тере и всех святы́х, поми́луй нас. Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.

Молитва Святому Духу

Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.

Молитва Трисвятое

Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Читается трижды, с крестным знамением и поясным поклоном.) Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Молитва ко Пресвятой Троице

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твое́го ра́ди.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Молитва Господня

О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х! Да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный да́ждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Молитва Символ Веры

Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́, Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век; Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.

Песнь Пресвятой Богородицы

Богоро́дице Де́во, ра́дуйся, Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю; благослове́на Ты в жена́х и благослове́н плод чре́ва Твоего́, я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших.

Ссылка на основную публикацию
×
×
Adblock
detector